Статьи и лекции по аграрной экономике

ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА В ПЕРЕХОДНЫХ СТРАНАХ

 

1. Уровень развития сельского хозяйства в переходных странах

2. Структурные особенности организации сельскохозяйственного производства в переходных странах

3. Государственные реформы в области торговли, цен и субсидий в переходных странах

4. Перспективы развития сельского хозяйства переходных стран

1. Уровень развития сельского хозяйства в переходных странах

Сельское хозяйство в переходных странах уже не является главным источником экономического роста как в развивающихся странах. За счет с.-х. обеспечивается в среднем, всего лишь 7% прироста ВВП, однако подавляющее большинство бедных по-прежнему сосредоточенно в селах (в сельских районах проживает 82 % всего бедного населения).

В этой группе стран, типичными представителями которой являются Индия, Индонезия, Китай, Морокко и Румыния, насчитывается более 2,2 млрд. сельских жителей. 98% сельского населения в Южной Азии, 96% - в Восточной Азии и Тихоокеанском регионе и 92% на Ближнем Востоке и в Северной Африке – это жители стран с переходным типом экономики. Также к этой группе традиционно относят страны ЦВЕ (центральной и восточной Европы), Закавказья и Средней Азии совершающие с конца 80-х, начала 90-х годов переход от командно-административной к смешанной экономике. Они возникли в связи с распадом мировой социалистической системы и, как следствие, ликвидации совета экономической взаимопомощи (СЭВ). Население стран Центральной и Восточной Европы составляет 119 млн. чел. Совокупный ВВП составляет примерно $636 млрд., что представляет собой 1,85% общемирового ВВП.

По уровню социально-экономического развития почти все страны центральной восточной Европы относятся к среднеразвитым. В основном это индустриальные и индустриально-аграрные страны.

Хотя развитие сельского хозяйства переходных стран дало лишь 7% прироста в 1993-2005 гг., оно до сих пор составляет около 13% экономики и занимает 57% рабочей силы. Несмотря на быстрый экономический рост и снижающийся процент бедных в общей численности населения во многих из этих стран, бедность по-прежнему широко распространена и имеет по преимуществу аграрный характер, так как более 80% бедного населения проживает в сельской местности. Природные ресурсы также испытывают сильное давление со стороны отраслей сельского хозяйства, а конкуренция из-за земли и воды обостряется вследствие роста городского населения и несельскохозяйственных отраслей.

Отличительной особенностью стран переходного типа является усугубляющийся разрыв между доходами сельских и городских жителей. В Китае с 1980 по 2001 г. сокращение городской бедности по сравнению с сельской происходило в 2 раза быстрее; и Индонезии - в 2,5 раза быстрее за тот же период, в Таиланде в 3,7 раза быстрее с 1970 по 1999 г.

На несельскохозяйственные отрасли ныне приходится большая часть экономического роста. Но отток людей из сельского хозяйства и сельскохозяйственных районов не сопровождается преобразованиями экономики на несельскохозяйственный лад. В Китае в связи с имеющимися с давних пор политическими препятствиями на пути трудовой миграции сельское население удерживалось от переселения в города, тогда как городская экономика быстро расширялась. В Индии неспособность найти работу в процветающей экономике услуг объясняется главным образом низким уровнем и качеством образования большинства деревенских рабочих.

Одна из адекватных мер - это облегчение ускоренной абсорбции сельскохозяйственной рабочей силы в городскую экономику через инвестиции в человеческий капитал и проведение определенной политики на рынке труда, среди основных направлений которой можно назвать:

1. Профессиональную подготовку по наиболее востребованным специальностям.

2. Развитие транспортных услуг.

3. Обучение смежным профессиям.

Но масштабы подготовки людей существенно отстают от потребностей. Более того, те же самые меры делают миграцию привлекательной, расширяя круг городских безработных, что приводит к перенаселенности городов и урбанизации бедности.

Рост доходов в сельскохозяйственных районах может во многом способствовать снижению бедности в переходных странах. Например, резкое падение на 75-80% численности бедного населения в Китае в 1980-2001 г.г. явилось результатом снижения бедности в сельской местности. Та же закономерность наблюдалась в Индонезии, где предпочтительным направлением стало возникновение сельских городов («урбанизация» без миграции»).

Переходные страны являются самым большим сегментом сельскохозяйственного «мира». Бедность в сельских районах носит массовый характер (около 600 млн.чел. живут ниже черты бедности в I долл. в день, что составляет ПОЛОВИНУ общемирового показателя).

Переходные страны демонстрируют самые высокие темпы роста: прирост ВВП в них в период после 1990 г. превышал 6% в год, а во Вьетнаме, Индии и Китае в последнее время составлял более 8%. Двигателями роста стали, однако, обрабатывающая промышленность и сфера услуг. Прирост продукции сельского хозяйства упал в 1993-2005 гг. до 2,9% в год, хотя после «зеленой революции» он составлял в 1970-х и 1980-х гг. 3,3%.

Замедление роста в сельском хозяйстве, быстро растущий несельскохозяйственный сектор и рынок труда, жестко структурированный в зависимости от уровня квалификации, - все это способствовало увеличению неравенства в доходах между городом и селом, усиливая политическое давление в пользу увеличения инвестиций в сельское хозяйство и развитие сельских районов.

Быстрый рост доходов городского населения и увеличение спроса на высокоценные продукты являются в этих странах главными двигателями ускорения роста сельского хозяйства и снижения уровня бедности на селе, хотя устойчивый рост производства основных видов сельскохозяйственной продукции требует постоянного внимания. Рынки высокоценных товаров стремительно растут: например, на 6% в год в секторе садоводства в Индии. Многие из этих рынков имеют внушительный потенциал роста. Душевое потребление овощей в Индии составляет всего 33 кг в год против 66 кг в Китае и 76 кг в Японии. Продукция скотоводства и аквакультуры также будет быстро расти. Страны этой группы могли бы сделать гораздо больше, чтобы воспользоваться возможностями растущих мировых рынков, извлекая выгоду из характерного для них сочетания передовых технологий и дешевой рабочей силы. Ближний Восток и Северная Африка имеют естественные географические и преимущество на этих рынках - сельскохозяйственное производство росло, здесь начиная с 1993 г. на 4,4% в год.

В прошлом делалось немало попыток снизить бедность на селе и преодолеть растущий разрыв в доходах путем принятия протекционистских мер в отношении сельского хозяйства, но часто эти попытки имели весьма ограниченный успех. Нынешний призыв к предоставлению сельскохозяйственных субсидий в условиях низкой бюджетной обеспеченности в странах переходного типа также вряд ли обеспечит надежное решение проблемы массированной сельской бедности.

2. Структурные особенности организации сельскохозяйственного производства в переходных странах

Структурные особенности организации сельскохозяйственного производства в переходных странах демонстрируют широкое многообразие специфических страновых и региональных особенностей.

Средний размер хозяйства в Азии уже сегодня невелик - в Бангладеш, Китае и районе дельты во Вьетнаме он составляет всего лишь 0,4-0,5 га. В Южной Азии процесс уменьшения участков будет продолжаться, так как сельское население растет со скоростью 1,5% в год и по прогнозам, рост продлится до 2020 г.

Так как ведение хозяйства на небольших участках земли требует больших затрат труда, важно понять, смогут ли густонаселенные азиатские страны эффективно выращивать злаковые и другие базовые культуры на таких участках, особенно если заработная плата в сельской местности будет расти.

Рост населения и дробление земельных участков оказывают давление на сельский рынок труда. В Индии насчитывается 80 млн. крестьян-бедняков с низким объемом активов, которые могут выжить лишь переходя к несельскохозяйственным видам деятельности. Кроме того, миллионы безземельных домохозяйств целиком зависят от работы по найму - в одной только Индии таких 82 млн. Работа по найму за достойное вознаграждение для растущего сельского населения - одна из наиболее сложных проблем нашего времени, особенно важная для Южной Азии, Ближнего Востока и Северной Африки, где число рабочих мест в несельскохозяйственных видах деятельности (и для неквалифицированного труда вообще) растет очень медленно.

Нехватка воды. Ресурсы пресной воды сегодня практически исчерпаны во многих странах, а растущие потребности в воде для городских, промышленных и экологических нужд обусловят сокращение ее потребления в сельском хозяйстве. Недостаток воды, последствия которого усиливаются благодаря происходящим изменениям климата, особенно ощущается на Ближнем Востоке, в Северной Африке и целом ряде районов Индии и Китая (главы 2 и 8). Упор на использование подъемных вод для ирригации привел во многих странах к ее перерасходу, понижению уровня грунтовых вод и ухудшению качества воды.

Что касается бывших социалистических стран, то в структуре их сельского хозяйства доминировали гигантские коллективные хозяйства под прямым контролем государства. Средний размер хозяйства колебался от 1157 га в Польше до 124 770 га в Туркменистане, в то время как, например в странах ЕС15 или США, размер средней фермы составлял 20 и 197 га, соответственно.

В начале 1990х гг. за приватизацией и восстановлением прав собственности последовала реструктуризация аграрного сектора. Новые собственники земли и иных активов смогли выйти из коллективных хозяйств и создать семейные фермы. Некоторые бывшие колхозы преобразовались в кооперативные объединения собственников сельхозактивов (включая землю), акционерные общества, общества с ограниченной ответственностью или товарищества. Организационная форма хозяйств зависела от способов приватизации и политики властей. Так, в Албании и странах Балтии было создано много небольших семейных ферм, а в Словакии, Чехии и большинстве бывших республик СССР преобладают крупные сельскохозяйственные предприятия.

Хозяйства выбирают ту структуру производства, которая дает им сравнительное преимущество. Крупным сельхозпредприятиям, где возможно разделение труда и не требуется контроль за рабочей силой, выгодно производство капиталоемкой продукции. Так сельскохозяйственные предприятия имеют преимущество в производстве зерновых и масличных культур, при котором трудозатраты низки, а капиталоемкость высока.

Мелкие фермы имеют преимущество в менее капиталоемком производстве, где возможен контроль за рабочей силой, а измерение трудозатрат сложно. Например, в производстве многолетних культур (в частности, плодовых), требующем значительных трудозатрат и низкой капиталоемкости.

Дополнительные эмпирические тесты подтверждают, что такая специализация фермерских хозяйств наблюдается как в ЦВЕ, так и в ЕС, хотя по скотоводству и выращиванию полевых культур (картофеля и сахарной свеклы) результаты различаются. Так, в ЦВЕ на полевых культурах специализируются небольшие фермы, использующие более трудоемкие технологии, а в ЕС это производство является более капиталоемким.

Межстрановое исследование подтверждает, что в странах, где доля семейных ферм в землепользовании больше, под выращивание зерновых масличных культур отведена меньшая часть земель, а под трудоемкие культуры — более существенная. В этих странах соотношение домашнего скота на гектар выше, чем в странах с меньшей долей семейных фермерских хозяйств.

Таким образом, аграрная продукция, при производстве которой страна будет конкурентоспособной на международных рынках, определяется, структурой хозяйств. Высокие трансакционные издержки препятствуют изменению формы организации фермерских хозяйств в странах с переход ной экономикой, поэтому правильный выбор структуры производства хозяйства важнее выбора формы его организации.

Сравнивая эффективность разных форм организации хозяйств, следует также учитывать трансакционные издержки, связанные с использованием рынков. Во многих переходных странах рынки более приспособлены для работы крупных сельхоз предприятий, что препятствует развитию семейных ферм. Трудоемкая продукция требует более разнообразных деловых соглашений и вертикальных связей, чем, например, капиталоемкая продукция.

3. Государственные реформы в области торговли, цен и субсидий в переходных странах

В странах переходного типа чистое налогообложение снизилось в среднем с 15 до 4%, однако внутри этой группы стран имеют место значительные межстрановые отличия. Некоторые из них перешли к усиленным протекционистским мерам в отношении аграрного сектора (Индонезия, Индия, Малайзия и Таиланд), другие продолжали облагать его налогами, хотя и на менее высоком уровне, чем в 1980-х гг. (Египет и Сенегал). Зимбабве - единственная страна в рассматриваемой группе, которая имела более высокий чистый налог в этом секторе экономики, в основном из-за сильно завышенного курса своей валюты. Наблюдалось также значительное смещение величины относительного уровня поддержки в пользу сельскохозяйственного сектора в отличие от неаграрных секторов экономики, однако отмечалось стремление не допустить значительного перекоса.

Существуют различия в сельскохозяйственном экспорте и импорте. Страны переходного типа за период между 1980-1984 гг. и 2000-2004 1 г. в среднем несколько снизили защитные меры в отношении аграрного импорта с величины таможенного тарифа в 13 до 11% и сократили налогообложение экспорта с 29 до 13%. Показатель чистого налогообложения для стран Латинской Америки, особенно в первом из рассматриваемых периодов, может быть занижен по отношению к реальной величине поскольку при оценке не учитывались завышенные курсы валют. (При подсчете для каждого временного периода использовался официальный обменный курс).

По мере того как развивающиеся страны становятся более богатыми, они, как правило, усиливают меры по защите сельского хозяйства. И Китай, и Индия за последние три десятилетия существенно снизили перекосы в сельскохозяйственной политике как прямо, так и косвенно через ослабление режима благоприятствования для обрабатывающей промышленности. Эти тенденции очень похожи на ситуации в более развитых экономиках Северо-Восточной Азии, когда они имели такой же уровень доходов на душу населения. Китай ослабил дискриминацию аграрного сектора на более позднем этапе экономического развития по сравнению с Индией, однако в обеих странах наблюдается тенденция к увеличению поддержки сельскохозяйственного производства по сравнению с несельскохозяйственными отраслями экономики (измеряемая индексом относительного уровня поддержки - ОУП). Вступив в 2001 г. в ВТО, Китай заморозил таможенные пошлины на сельскохозяйственную продукцию на относительно невысоком уровне. В настоящие время проблема состоит в том, чтобы поддерживать предпочтения в отношении определенных секторов на незначительном уровне, не вызывая усиления протекционистских мер в отношении сельского хозяйства, как это происходило в других странах, когда они находились на том же этапе экономического развития.

Примечание. Относительный уровень поддержки сельскому хозяйству равен 100*[(100+НУП-аграрн.t) / (100+НУП-неаграрн.О - 1]

Где НУП-аграрн.t есть номинальный уровень поддержки производителям экспортной продукции сельскохозяйственных отраслей, 
 
а НУП-неаграрн.t- это номинальный уровень поддержки продукции несельскохозяйственных отраслей (в основном добыча полезных ископаемых и промышленное производство).
 
Нижнее значение индекса составляет -100 и достигает нуля при одинаковом номинальном уровне поддержки как сельскохозяйственного, так и несельскохозяйственного сектора.
 
Номинальный уровень поддержки (НУП) фермеров определяется как разница между ценой продукта на внутреннем рынке (плюс любая субсидия на выпуск продукции) и его ценой на границе, выраженная как процент от цены на границе (т. е. с учетом транспортных издержек, различий в качестве и пр.). Этот номинальный показатель измеряет разницу в ценах экспортной продукции, однако искажения могут возникать и на уровне затрат на производство. Для выявления таких искажений в странах, где они значительны, номинальный показатель корректируется (и выражается как эквивалент экспортной цены), чтобы учесть прямые субсидии на факторы производства и разницу в международных ценах на них и ценах, которые платят за них фермеры. Если страна допускает искажения на рынке иностранной валюты, предпринимаются усилия по учету разницы между валютными курсами, используемыми импортерами (допускается существование параллельных обменных курсов) и экспортерами (вычисляется средневзвешенное значение параллельного и официального обменных курсов), и устанавливается приблизительный равновесный обменный курс.
 
Примеры государственного регулирования в области сельского хозяйства в переходных странах
 
В Индии, где от 55 до 60% орошаемых земель используют запасы грунтовых вод, поставки электричества, обеспечивающего работу водяных насосов, имеют важное значение. Большинство правительств штатов поставляют его фермерам по единой субсидируемой цене, а зачастую и бесплатно. Однако качество этой услуги невысоко из-за неустойчивого и лимитированного энергоснабжения и перепадов напряжения, что приводит к потерям урожаев по причине выхода из строя насосного оборудования и недостаточного орошения.
 
Кроме того, субсидии на энергоснабжение аграрного сектора разорительны с финансовой точки зрения и вредны с экологической. В Пенджабе их объем в 2002/03 г. достигал 7% (бюджетных) расходов штата. Вкупе с другими мерами, подталкивающими (крестьян) к выращиванию влаголюбивых культур, таких как рис, субсидии на энергоснабжение ведут к избыточной эксплуатации грунтовых вод. Около 60% их ресурсов в штате уже перенапряжены - уровень извлечения вод превышает уровень их восполнения - и положение в этой области, со всей очевидностью, неустойчиво.
 
С технической и экономической точки зрения здравым шагом могло бы быть повышение цен на электричество и установление водоизмерительных приборов, однако политически это пока невыполнимо. Очевидно, что от субсидирования больше выигрывают крупные фермеры, которые к тому же обладают политическим влиянием, однако проблема может быть рассмотрена в более широком контексте.

Введение субсидий последовало за массовыми крестьянскими протестами против повышения цен на электричество в восьмидесятые годы. В нынешних условиях продолжение этой практики является ответом на усиливающееся неравенство в доходах между сельскохозяйственным и несельскохозяйственным секторами, усугубляемое относительно низкими темпами роста первого. Бесплатное электричество - это политически удобный способ перемещения доходов в аграрный сектор. В отличие от других политических инструментов, он не требует участия в исполнении часто неэффективных органов государственной администрации. Фермеры, покупающие воду у владельцев насосов - а в большинстве штатов их число весьма значительно, - потенциально также выигрывают от субсидий, что повышает привлекательность этого политического инструмента для политиков, желающих одержать победу на выборах в своем штате.

Совместное обращение к проблеме качества энергоснабжения и его стоимости является ключевым элементом реформирования дотационной политики. Однако из-за широких масштабов воровства энергии и ее потерь администрации штатов не пользуются достаточным доверием для того, чтобы повысить качество ее поставок в обмен на повышение цен. Одним из вариантов могла бы быть децентрализация энергоснабжения до уровня местных правительств или общинных групп с возложением на них большей ответственности за улучшение его качества. Хотя задача недопущения укрепления власти элит в этом случае по-прежнему сохранит актуальность, вариант, ориентированный на общины, мог бы стать выходом из политического тупика. Это явило бы собой пример компромисса между потенциальными издержками от потерь в результате отмены экономии на масштабах в случае децентрализованной поставки электричества и отсутствием какого-либо прогресса вообще.

В Замбии на сельское хозяйство уходит около 5% национального бюджета. В 2005 финансовом году свыше половины сельскохозяйственных ассигнований были потрачены на Программу поддержки рынка минеральных удобрений (37%) и продвижение на рынки сельскохозяйственных культур (кукуруза) в рамках Агентства по продовольственным ресурсам (15%). Только 3% (аграрного) бюджета пошло на развитие ирригации и иной сельской инфраструктуры и 11% на операционные издержки, которые включали сельскохозяйственные исследования и распространение знаний. Расходы на НИР в аграрном секторе снизились с 1,2% сельскохозяйственного ВВП в 1985 г. до примерно 0,5% в 2000 г.

Почему субсидии на удобрения столь значительны? В стране нет сильных групп, которые получили бы выгоды от их отмены, хотя дотации представляют собой непродуктивное использование государственных ресурсов. Это контрастирует с ранними реформами в области помола кукурузного зерна, когда частный сектор получил существенные выигрыши от приватизации и оказал значительную поддержку реформе. В программе субсидирования расходов на удобрения зачастую выигрывают торговцы.

Исследование домохозяйств в 2002/03 г. показало, что удобрения приобретали только 29% фермеров, из которых 59% делали это через частных дилеров, а 36% через правительственную Программу поддержки рынка минеральных удобрений. Представители обеих групп относились к более обеспеченным и богатым фермерам и проживали вблизи сельских гудроновых дорог и районных центров. Однако те люди, которые получали удобрения через правительственную программу, были преимущественно наемными гражданскими служащими, притом что программа была нацелена на бедное население. Свои выгоды получили также различные парламентарии, порой сообщавшие фермерским группам о том, что они могут не возвращать полученные на покупку удобрений займы.

4. Перспективы развития переходных стран

В странах с переходным типом экономики, где численность бедного населения сёл составляем 600 млн. человек, а численность сельских жителей - 2,2 млрд., неаграрные отрасли росли самыми высокими темпами в мире. По мере роста доходности неаграрных видов деятельности попытка решить проблему разрыва в уровнях доходов между городом и селом путем предоставления субсидий будет требовать, выделения все больших бюджетных средств, и это произойдет за счет общественных благ и удовлетворения основных потребностей села. С другой стороны, попытка сократить разрыв, вводя протекционистские меры в отношении импорта, вызовет увеличение расходов на продукты питания для многочисленных бедных потребителей, являющихся нетто- покупателями продовольствия.

С учетом роста населения и ограниченности земельных ресурсов программа для переходных стран должна предусматривать одновременное использование всех путей преодоления бедности.

Стратегические цели политики в переходных странах таковы:

  1. поощрение производства высокоценной продукции для отвлечения хозяйственной активности мелких земельных собственников от производства природоинтенсивных основных продуктов питания в условиях растущих доходов горожан и изменений в рационе питания;
  2. распространение «зеленой революции» в производстве основных пищевых продуктов на районы, обойденные технологическим процессом и имеющие высокий уровень бедности, и создание там системы обеспечения прожиточного минимума социальной защиты. Поощрение занятия животноводством среди безземельных и малоземельных крестьян в качестве альтернативы работе на земле;
  3. обеспечение инфраструктурой для поддержки диверсификации в сельском хозяйстве и несельскохозяйственных видах деятельности на селе;
  4. содействие развитию несельскохозяйственных видов экономической деятельности для решения проблемы занятости в сельской местности и активное инвестирование в профессиональное образование, чтобы позволить людям мигрировать и найти работу в быстро развивающихся отраслях экономики.

Быстро растущие рынки высокоценной продукции - прежде всего, фруктов и овощей, птицы, рыбы и молочной продукции - дают возможность диверсифицировать системы сельского хозяйства и создать конкурентоспособный и трудоинтенсивный сектор мелких крестьянских хозяйств. Доступ на экспортные рынки для нетрадиционных видов продукции также открыт, поскольку переходные страны располагают сравнительными преимуществами в направлениях деятельности, требующих интенсивного использования трудовых и управленческих ресурсов. Во многих из этих стран высок уровень бедности в регионах, находящихся в менее благоприятных агроэкологических условиях, и для решения этой проблемы необходимо улучшать инфраструктуру в этих регионах и внедрять адаптированные для них технологии.

Еще одной политической задачей в рамках борьбы с безработицей в сельской местности является содействие в создании в небольших городах динамично развивающегося сектора неаграрной сельской экономики, связанного как с сельским хозяйством, гак и с экономикой города.

Китай привел промышленность в городки, расположенные в сельской местности, диверсифицировав доходы сельского населения, и этот подход может применяться и в других переходных странах.

При соответствующей организации и поддержке даже очень мелкие и практически безземельные хозяйства могут добиться повышения своего благосостояния, особенно в области животноводства. Успех Индии в производстве молока опирается на коллективные действия мелких фермеров в рамках Индийской сети кооперативов - производителей молока. Мелкие земельные собственники, особенно женщины, были главными двигателями успешного развития аквакультуры и мелких птицеферм в Бангладеш.

Во всех таких странах переход рабочей силы в более динамичные отрасли экономики следует ускорять путем крупных инвестиций в формирование профессиональных навыков нынешнего и будущих поколений. Важные изменения сопряженные с этой реструктуризацией, следует поддерживать, используя эффективные программы социальной защиты, чтобы домохозяйства могли позволить себе рисковать в поисках оптимальных для себя решении. Успешное решение проблемы разрыва между сельскими и городскими доходами в странах с переходным типом экономики может внести весомый вклад в борьбу с бедностью во всем мире.

Резкое сокращение бедности с 1981 по 1985 г. произошло под действием сельскохозяйственных реформ, начавшихся в 1940-1960 г. В то время «зеленая революция» по преимуществу инициировалась и поддерживалась государством, разворачивающаяся в настоящее время биотехнологическая - новая «Зеленая революция» производства высокоценной продукции в сельском хозяйстве идет при поддержке государства, но возглавляется частным сектором.

Применительно к скоропортящейся продукции инфраструктура, кредит и институты связывают производителей с перерабатывающими фирмами и розничными сетями (цепочка «ферма-фирма-вилка»). Экономика масштаба при переработке и сбыте продукции существует с продолжающими дробиться мелкими крестьянскими хозяйствами, так что институциональные инновации, такие как сельскохозяйственное производство по контракту, могут снизить затраты и уровень риска мелких земельных собственников. Связывая мелкого производителя с перерабатывающими фирмами и продавцами, можно также облегчить доступ к финансовому капиталу, посредством банков, и предоставить механизмы распространения технологии, знаний, а также расчета за поставленное оборудование произведенном на нем продукцией, не теряя контроля над продовольственной безопасностью.

Тот факт, что это может быть достигнуто на базе мелких крестьянских хозяйств, демонстрирует рост экспорта высокоценной сельскохозяйственной продукции из переходных стран. Между тем распределение прибылей по всей пеночке формирования стоимости зависит от прочности позиций каждого из игроков. Мелкие земельные собственники способны лучше отстаивать свои интересы сообща, а не поодиночке. Именно поэтому одним из приоритетов является облегчение коллективных действии через организации производителей, способных достигать выгод от масштабов сбыта и заключать торговые сделки по более выгодным ценам.

Хотя диверсификация производства в сторону высокоценной продукции предлагает наилучшие перспективы для роста сельского хозяйства, его будущее будет зависеть от продолжающегося роста производства основных продовольственных культур и связанного с ним высвобождения ресурсов. Во многих регионах рынки основных продовольственных культур недостаточно развиты, так что их производство для собственного потребления снижает уровень риска для мелких земельных собственников. Наиболее крупные страны (Индия и Китай) при необходимости сами производят большую часть потребляемой ими продукции.

Но революция высокоценной продукции и распространение «биотехнологической революции» на не охваченные ей районы требуют более эффективного управления водными ресурсами, что особенно важно на фоне их оскудения и ухудшения качества воды. Комплексные подходы к проблеме способны согласовать интересы многочисленных потребителей воды, особенно там, где ее недостаток ощущается особенно остро. Проведение реформы институтов ирригации, устранение таких перекосов в политике, как субсидии на воду и электроэнергию, поддержка торговли и разумные макроэкономические мероприятия - все это важные шаги к повышению эффективности использования воды и удовлетворению запросов конкурирующих потребителей. Масштабные реформы требуют усилий целеустремленных лидеров и справедливого распределения прав на использование воды для устранения политических преград. Так как недостаток воды ощущается все сильнее, неизбежно появятся рынки водных ресурсов, для существования которых необходимы поддержка и, возможно, правовая база. В Иордании, например, такой рынок был выведен из тени путем регистрации, лицензирования и учета производительности всех источников, на пользование которыми выделяются индивидуальные квоты.

Снижение уровня негативного воздействия систем интенсивного сельского хозяйства на окружающую среду, особенно загрязнения агрохимическими отходами и отходами животноводства, является приоритетом для улучшения как экологическою состояния, так и здоровья людей, а также помогает справиться с замедлением экономического роста, вызванным деградацией качества земли и воды. Практика более устойчивого ведения хозяйства потребует разумного сочетания права на пользование стимулами (цены на факторы производства и конечную продукцию), применения Усовершенствованных технологии управления, таких как интегрированный подход к борьбе с вредителями и внесению питательных веществ, а также улучшения регулирования.